#p767274,Элипс написал(а):Сообщение от The loyal liberal
Деньги , которые Ленин отобрал у Парвуса не были немецкие деньги . это были деньги Максима Горького, которые Парвус решил прикарманить. Также не были немецкими были деньги , которые Красин отобрал у Саввы Морозова , которого Красин убил. (нельзя быть жадным). Также не немецкими были деньги , которые завещал партии Николай Шмит , которого убила охранка.
Вопрос только как через воюющую с Россией Германию пропустили в поезде почти 300 российских подданных?
Подпись автора
В действительности всё иначе, чем на самом деле..
Ну все же есть в общем доступе , а ты все Хельге уподобляешься.))
Тем временем Парвус попытался действовать независимо от МИДа: получив согласие Генерального штаба, он попросил Ганецкого известить Ленина, что поездка его и Григория Зиновьева через Германию организована, но не сказал ясно, из какого источника оказана помощь. В Цюрих был послан агент Георг Скларц для организации поездки, причём в первую очередь предполагалась переправка Ленина и Зиновьева[5]. Однако с первой попытки дело сорвалось: Ленин опасался быть скомпрометированным. 24 марта Зиновьев, по просьбе Ленина, телеграфирует Ганецкому: «Письмо отправлено. Дядя (то есть Ленин) хочет знать более подробно. Официальный проезд только нескольких лиц — неприемлемо». Когда же Скларц, вдобавок к предложению переправки только Ленина и Зиновьева, предложил покрыть их расходы, Ленин прервал переговоры[5]. 28 марта он телеграфировал Ганецкому: «Берлинское разрешение для меня неприемлемо. Или швейцарское правительство получит вагон до Копенгагена, или русское договорится об обмене всех эмигрантов на интернированных немцев», после чего просит его узнать возможность проезда через Англию[6]. 30 марта Ленин пишет Ганецкому: «Пользоваться услугами людей, имеющих касательство к издателю „Колокола“ (то есть Парвусу) я, конечно, не могу» — и вновь предлагает план обмена эмигрантов на интернированных немцев[7] (план этот принадлежал Юлию Мартову)[4]. Сергей Мельгунов утверждал, что письмо, адресованное человеку, имеющему непосредственное «касательство к издателю „Колокола“», было рассчитано на распространение в партийных кругах и обработку партийного общественного мнения, тогда как решение о возвращении через Германию было Лениным уже принято[3].
Организация поездки
Подписи Ленина и других эмигрантов под условиями проезда через Германию
31 марта Ленин от имени партии телеграфирует швейцарскому социал-демократу Роберту Гримму, первоначально выступавшему посредником в переговорах между большевиками и немцами (затем эту роль стал играть Фридрих Платтен) решение «безоговорочно принять» предложение о проезде через Германию и «тотчас же организовать эту поездку»[8].
На следующий день он требует от Ганецкого денег на поездку: «Выделите две тысячи, лучше три тысячи крон для нашей поездки. Намереваемся выехать в среду (4 апреля) минимум 10 человек»[9]. Вскоре он пишет Инессе Арманд: «Денег на поездку у нас больше, чем я думал, человек на 10-12 хватит, ибо нам здорово (подчёркнуто в тексте) помогли товарищи в Стокгольме»[8].
Немецкий левый социал-демократ Пауль Леви уверял, что именно он оказался посредствующим звеном между Лениным и посольством в Берне (и МИДом Германии), одинаково горячо стремившимися первый — попасть в Россию, вторые — переправить его туда; когда Леви связал Ленина с послом Германии фон Ромбергом, Ленин сел составлять условия проезда — и они безоговорочно принимались[3].
Заинтересованность немцев была так велика, что кайзер лично распорядился дать Ленину копии официальных германских документов (как материал для пропаганды о «миролюбии» Германии), а Генеральный штаб был готов пропустить «пломбированный вагон» непосредственно через фронт, если Швеция откажется принять российских революционеров[10][11]. Однако Швеция согласилась. Условия проезда были подписаны 4 апреля. Текст договора гласил:
Условия проезда русских эмигрантов через Германию
1. Я, Фриц Платтен, сопровождаю за полной своей ответственностью и на свой риск вагон с политическими эмигрантами и беженцами, возвращающимися через Германию в Россию.
2. Сношения с германскими властями и чиновниками ведутся исключительно и только Платтеном. Без его разрешения никто не вправе входить в вагон.
3. За вагоном признаётся право экстерриториальности. Ни при въезде в Германию, ни при выезде из неё никакого контроля паспортов или пассажиров не должно производиться.
4. Пассажиры будут приняты в вагон независимо от их взглядов и отношений к вопросу о войне или мире.
5. Платтен берёт на себя снабжение пассажиров железнодорожными билетами по ценам нормального тарифа.
6. По возможности, проезд должен быть совершён без перерыва. Никто не должен ни по собственному желанию, ни по приказу покидать вагона. Никаких задержек в пути не должно быть без технической к тому необходимости.
7. Разрешение на проезд даётся на основе обмена на германских или австрийских военнопленных или интернированных в России.
8. Посредник и пассажиры принимают на себя обязательство персонально и в частном порядке добиваться у рабочего класса выполнения пункта 7-го.
9. Наивозможно скорое совершение переезда от Швейцарской границы к Шведской, насколько это технически выполнимо.
Берн — Цюрих. 4 апреля (22марта. Н. М.) 1917 г.
(Подписал) Фриц Платтен
Секретарь Швейцарской Социалистической Партии[3][12][13]
https://ru.wikipedia.org/wiki/Пломбированный_вагон#Отказ_Ленина_Парвусу
Арест, заключение и гибель
В годы «большого террора 1937—1938 гг.» Платтен был отстранён от работы в Коминтерне и арестован 12 марта 1938 года по подозрению в шпионаже в пользу одного из иностранных государств. ВКВС был приговорён к 4 годам ИТЛ без поражения в правах за «незаконное хранение оружия»; Платтен хранил карманный маузер, на который у него не было разрешения. Следствием было установлено, что шпионской деятельностью он не занимался.
Отбывал наказание в лагере Липово (ныне Няндомского муниципального района Архангельской области Российской Федерации). Сохранилось 20 писем из заключения, из них было видно что Платтен тяжело болел и голодал и почти не мог работать. В письмах, адресованных Ольге Свенцицкой, Платтен высказывал надежду на справедливость и скорое освобождение: «Буду стараться хорошей работою сократить свой срок заключения». Платтен постоянно рассказывал товарищам по заключению о встречах с Лениным, начал писать воспоминания о нём.
12 марта 1942 года срок заключения Платтена истёк, но его не освободили. Последнее письмо из лагеря было написано 25 марта 1942 года не самим Платтеном, а с его слов. Сообщалось о тяжёлом состоянии Платтена, о том, что он лежит в больнице «слабый и пухлый».
Скончался 22 апреля 1942 года — в очередную годовщину рождения Ленина. В официальной справке выданной родственникам сказано, что Платтен, «отбывая наказание, умер от сердечно-сосудистого заболевания». Его похоронили в общей могиле, и точное место захоронения неизвестно.
По другим сведениям, 22 апреля Платтен погиб в лагере при невыясненных обстоятельствах: так как Платтен не мог работать, конвоир вывел Платтена в кусты и застрелил. Эту версию подтвердил также сын Платтена, выступая осенью 1988 года в Москве на вечере, посвященном 105-летию со дня рождения отца. По его словам, он в 1958 году получил покаянное письмо от бывшего лагерного конвоира, который писал, что по устному приказу лагерного начальника лично вывел Платтена за ограду и пристрелил его, ибо у того закончился лагерный срок[8].
Ольга Свенцицкая, которую связывали с Платтеном давние дружеские отношения, и её дочь Елена Чистякова-Дружинина сделали всё возможное для восстановления доброго имени Фрица Платтена. 15 мая 1956 года он был посмертно полностью реабилитирован[9].
https://ru.wikipedia.org/wiki/Платтен,_Фриц_Петрович
Сталин в данном эпизоде -подлец завистливый.
